—>

Мэрия Москвы: ни себе, ни людям

Столичные чиновники не так уж и обеспокоены улучшением жилищных условий москвичей. К такому выводу приходят эксперты, глядя на то, с какой легкостью московские власти нарушают законы ими же написанные.

Еще в 2013 году мэрия рекомендовала реконструкцию жилых домов как перспективный способ улучшения жилищных условий горожан. С тех пор ни одно здание в Москве не получило разрешения на реконструкцию.

Разница трех «ре-»

Столь любимая столичным правительством программа реновации появилась на свет зимой 2017 года. Именно тогда, в феврале, мэр Москвы Сергей Собянин на встрече президентом РФ Владимиром Путиным поднял вопрос о новой программе сноса ветхих пятиэтажных многоквартирных домов, а уже в марте группа депутатов внесла в Госдуму проект соответствующего закона. В апреле он был принят в первом чтении. В июне, несмотря на многочисленные протесты граждан, закон прошел остальные стадии согласований и 1 июля вступил в силу.

Подчеркивается, что реновация стала как бы логичным продолжением программы сноса пятиэтажек, принятой еще в 1999 году, когда мэром столицы был Юрий Лужков. Тогда под снос попадали «хрущевки» «первого периода индустриального домостроения», возведенные в 1959-1962 годы.

Программа сноса была рассчитана до 2010 года. Но в 2010-м, как мы помним, Юрий Лужков был скоропостижно уволен, а потому довести программу до конца не успел, и к началу реновации в июле 2017 года оставалось расселить и снести еще 52 старые «хрущевки».

Интересно, что под программу реновации попадали пятиэтажки других серий. Речь шла о 7,9 тыс. пятиэтажных домов общей площадью 25 млн. кв. м, в которых, по оценке Сергея Собянина, проживают 1,6 млн. москвичей, и которые ранее расселять на планировалось. Но подсчитали, что их капремонт обойдется дороже, чем снос и расселение жителей.

Однако и практически полтора года спустя после утверждения новой программы реновации в Москве по состоянию на 1 августа 2017 года в столице оставались еще 33 здания первого периода индустриального домостроения, жильцы которых вот уже почти 20 лет ждут расселения.

Причем, людям здесь не повезло вдвойне: им не только пришлось ждать дольше других, но и условия расселения у них гораздо хуже. Если при Лужкове прописанные в квартирах семьи могли рассчитывать на расселение (и три семьи из одной квартиры реально могли разъехаться в три разные квартиры за счет города), то при Собянине метр меняют на метр, при этом чиновников совершенно не волнует, сколько в квартире прописано жильцов и сколько в ней проживает семей.

На этом фоне куда привлекательнее выглядела программа реконструкции, которой московские власти поманили москвичей при отсутствии бюджетных денег на их расселение. Первыми реконструкцию в Москве опробовали на себе жильцы дома №32 по ул. Мишина. На основании их успешного опыта в 2013 году Департамент градостроительной политики города Москвы утвердил специальные Методические рекомендации для собственников и жителей многоквартирных домов, которые могут быть реконструированы без отселения жителей с привлечением средств собственников и других источников внебюджетного финансирования.

При этом правительство Москвы как будто видело большую пользу от реконструкции, которая «…позволит привлечь для выполнения Государственной программы «Жилище» дополнительные средства частных инвесторов — владельцев квартир. В ходе реконструкции предусматриваются обновление внутридомовых инженерных коммуникаций и оборудования, капитальный ремонт существующего здания и благоустройство дворовой территории. При этом отпадает необходимость прямого субсидирования государством управляющих компаний и объединений собственников жилья (ТСЖ, ЖСК, ЖК и др.) в целях софинансирования их расходов на самостоятельную организацию и проведение капитального ремонта. Кроме того, государство значительные средства получит в виде прямых и косвенных налогов, в том числе на построенную недвижимость… Оценка ожидаемых налоговых поступлений может многократно превысить экономический эффект от капремонта…»

Примечательно, что в 2013 году Департамент градостроительной политики Москвы насчитал в столице 400 жилых домов общей жилой площадью 1 млн. кв. м, которые могут быть рекомендованы для реконструкции. Причем значительная часть из них не попала ни в первую волну сноса «хрущевок», так как речь здесь идет, прежде всего, о «сталинках», ни в программу собянинской реновации. Впрочем, за прошедшие 5 лет под реконструкцию попал лишь еще один дом, расположенный по адресу: Химкинский бульвар, 4. Остальные страждущие все это время обивают пороги мэрии, безуспешно пытаясь добиться согласования в соответствии с написанными ею рекомендациями и законами. А ведь когда-то им обещали «зеленый коридор», и программу также выносили на федеральный уровень.

Чуть больше везет лишь тем, чьи дома попадают под реставрацию. При наличии инвестора и статуса памятника мэрия готова таки выдать нужные разрешения. В этом случае девелопер либо расселяет жильцов за свой счет, либо, что реже, они остаются жить в улучшенных квартирах. Впрочем, как показывает столичная практика, мэрии проще снести все эти памятники, чем ждать, когда какой-нибудь инвестор захочет вложиться в реставрацию.

«Нецелесообразные» москвичи

Очередной скандал минувшим летом в жизни градостроительного комплекса столицы случился очень некстати: за какие-то три месяца до переизбрания Сергея Собянина мэром Москвы. Тогда координатор «Архнадзора» Андрей Новичков опубликовал протоколы межведомственной Градостроительно-земельной комиссии (ГЗК) – постоянно действующего органа Правительства Москвы, которая на еженедельных заседаниях под председательством Сергея Собянина принимает решения о строительстве на всей территории столицы. «Именно на основании этих документов уничтожены и продолжают массово уничтожаться исторические здания и зеленые насаждения, легализуется самострой и определяются «стартовые площадки» под скандально известную реновацию», — писал Новичков.

Впрочем, мэрия скандал пережила, Собянин переизбрался, мнение жителей или какого-то «Архнадзора» ее стало интересовать еще меньше. Но отголоски летнего скандала с тайными решениями ГЗК Москвы доносятся до сих пор. Одним из них стали попавшие в редакцию два решения ГЗК, посвященные реконструкции, ключевым в которых стало слово «нецелесообразно».

С разницей около месяца 13 февраля и 7 марта этого года заместитель председателя Комитета по архитектуре и градостроительству Москвы г-н Ильин отправил заявителям два абсолютно идентичных письма. Отличались в них лишь данные и адреса заявителей. В одном случае речь шла о доме по адресу Паперника, 21, во втором — 1-й Войковский проезд, 16, корп. 3. В обоих случаях заявители – руководители ЖСК просили чиновников внести изменения в правила землепользования и застройки города Москвы, что необходимо для реконструкции данных домов. На что г-н Ильин отвечает, что Городская комиссия по вопросам градостроительства, землепользования и застройки при правительстве Москвы рассмотрела данные обращения, и «Согласно ст. 36 Градостроительного кодекса города Москвы принято решение о нецелесообразности внесения изменений в правила землепользования и застройки…»

В 36-й статье Градостроительного кодекса Москвы прописано многое. Например, необходимость организации общественных слушаний и обязанность отвечать на запросы граждан в течение 30 дней. В п. 15 сказано, что комиссия «осуществляет подготовку заключения, в котором содержатся рекомендации о внесении в соответствии с поступившим предложением изменений в правила землепользования и застройки или об отклонении такого предложения с указанием причин отклонения», на основании которого г-н Ильин как представитель исполнительной власти города обязан направить заявителям копию решения с указанием причин отклонения предложения о внесении изменений в правила землепользования и застройки.

Вот чего в 36-й статье нет, так это слова «нецелесообразно» в качестве основания для отказа и отписки. Ну, а, как отметил еще летом Андрей Новичков, решений комиссии за последние 8 лет вообще никто в глаза не видел.

Интересно, что «Универсальный дополнительный практический толковый словарь» И. Мостицкого дает следующее разъяснение слова «нецелесообразно» — «канцеляризм; обоснование причины, которое лежит вне правовой плоскости и обычно характерно для бюрократии советского прошлого или некоторых постсоветских стран». Ну, г-ну Мостицкому стоило бы лучше изучить стилистику нынешней столичной бюрократии – словарь явно нуждается в обновлении с учетом реалий мэрии Москвы.

Москве нужны покупатели, а не собственники

Господин Ильин ссылается на то, что «установление предложенных градостроительных регламентов не соответствует градостроительному развитию территории». Вероятно, это и надо считать обоснованием нецелесообразности. Но ответ, полагают заявители, не соответствует действительности, учитывая то, что все предложенные изменения сделаны на основе разработанных правительством Москвы Методических рекомендаций по реконструкции. Тем более известно, например, что дом по адресу 1-й Войковский проезд, 16, корп. 3 ни в каких планах не попадает под затеянную реновацию.

Никакими планами развития территории, как отмечает Светлана Ивашкина, председатель местного ЖСК, здесь не предусмотрены никакие стройки, более того, не существует никаких комплексных планов развития не только данного дома, но даже района вокруг, по которым власти провели бы здесь общественные слушания. Ну, разве, что уродующая город точечная застройка, которая всегда появляется вдруг в виде соседнего многоэтажного дома, и которая для московских чиновников всегда целесообразна.

Мэрия Москвы: ни себе, ни людям

Кстати, 1-й Войковский проезд, 16, корп. 3 — это двухэтажный дом 1949 года постройки, так называемой, не сносимой серии. Во всем доме — 12 квартир. Практически в каждой проживает несколько поколений, несколько семей. В свою 4-комнатную квартиру Светлана Ивашкина с мамой въехали еще в 1982 году. Теперь здесь живут пожилая мама, семья Светланы с взрослым сыном и семья ее брата, у которого выросла дочь. В соседней квартире — 12 человек: старшее поколение – теперь уже бабушка с дедушкой, их взрослые сыновья с женами и их дети. Еще в одной соседней квартире проживают 10 человек. И так почти в любой квартире в доме.

И это не какие-то «резиновые квартиры» с зарегистрированными в них гастарбайтерами. Речь идет о коренных москвичах, и другого жилья у них нет. Ни в какую очередь на улучшение жилищных условий их не ставят. Никакая реновация не обещает им расселения, как это предполагалось хотя бы при Лужкове.

Зато Светлана знает, что через год – максимум, что требует инвестор на реконструкцию, ее квартира увеличится на 90 кв. м и будет разделена на три. Она и ее соседи тоже, наконец, не получив никакой помощи от правительства Москвы, но и не потратив собственных средств, а только за счет инвестора смогут разъехаться по своим квартирам, не выезжая из собственного дома…

Ах, да, г-н Ильин сотоварищи посчитали, что это нецелесообразно. Как и то, что дом за счет инвестора без привлечения бюджетных средств будет капитально отремонтирован и перестроен, а также вырастет еще на 5 этажей. Единственное, что город может от этого потерять, – это платежи в фонд капремонта за три года после реконструкции. Но, как уже отмечалось, сами же чиновники в свое время подсчитали, что налоговые поступления от реконструированного дома превысят потери от недополученных платежей. Кроме того, дому уже на следующий год исполнится 70 лет, так что тут на капремонте, скорее, разоришься, чем заработаешь.

Как считает Артем Кирьянов, первый заместитель председателя Комиссии по общественному контролю ОП РФ, ситуация, сложившаяся вокруг реконструкции домов, «к сожалению, далеко не единична. Скорее, это системная политика градостроительного комплекса столицы, когда реконструкция жилья за счет и по инициативе граждан признается «нецелесообразной». В то время, когда на всех федеральных площадках, начиная от Минстроя и заканчивая партией «Единая Россия», звучат слова о необходимости пробуждения собственника, его реальном участии в управлении своей собственностью, власти Москвы с завидным упорством отказывают достаточно редко встречающемуся типу активного собственника в улучшении жилищных условий за его же счет! Причем форма отказа отнюдь не предполагает, что вопрос всесторонне изучался, была проведена работа с гражданами, проведены хотя бы какие-то согласительные процедуры. Неужели московский чиновник настолько самоуверен, что отвергает любые варианты и предложения, исходящие не от него? Или причина кроется в других соображениях, имеющих в своей основе какой-то коммерческий интерес отдельных лиц, обличенных властью? В любом случае, отказ собственникам в улучшении их жилищных условий недопустим без очень серьезной мотивации со стороны власти», — прокомментировал ситуацию «Веку» Артем Кирьянов, добавив, что Общественная палата России также проявит интерес к принимаемым мэрией решениям, идущими вразрез с интересами граждан.

Не правовая мэрия

По мнению Надежды Юрасовой, адвоката Адвокатского бюро г. Москвы «Ошеров, Онисковец и Партнеры», из текста ответа мэрии следует, что проживание граждан в некачественных жилищных условиях соответствует градостроительному развитию территории, в связи с чем их улучшение нецелесообразно.

Под реконструкцией, как считает координатор «Архнадзора» Андрей Новичков, Городская комиссия по вопросам градостроительства, землепользования и застройки при правительстве Москвы понимает полный или частичный снос сотен зданий, представляющих архитектурную и мемориальную ценность, включая Дом Болконского из «Войны и мира» на Воздвиженке, плавательный бассейн олимпийского комплекса «Лужники», доходные дома Кузнецова и Королёва в Ордынском тупике, усадьбу Соколова-Сибирякова в Вознесенском переулке, исторический квартал на Софийской набережной напротив Кремля и многое другое.

Тогда как реконструкция многоквартирного дома, как напоминают юристы, это еще и градостроительная деятельность — комплекс мер по переустройству жилого дома в связи с его физическим или моральным износом. Решение о проведении реконструкции должно быть принято на общем собрании собственников такого дома большинством не менее двух третей голосов от их общего числа. Для проведения реконструкции многоквартирного жилого дома за счет средств собственников квартир и/или приглашенных инвесторов необходимо внести соответствующие изменения в правила землепользования и застройки.

«Осуществление такой процедуры возможно в соответствии со статьями 31, 32 и 33 Градостроительного кодекса РФ на основании инициативных предложений физических или юридических лиц, которые направляются в Городскую комиссию по вопросам градостроительства, землепользования и застройки при правительстве города Москвы, — сообщила «Веку» Надежда Юрасова, отметив, что при отклонении предложений «причина отказа подразумевает конкретизацию несоответствия отдельно взятого предложения указанным градостроительным документам с детальной расшифровкой всех параметров такого несоответствия».

В ситуации с домами на ул. Паперника и в 1-м Войковском проезде не может не вызвать удивление то, что хотя есть согласие всех жильцов и финансирование реконструкции планируется проводить без государственных и муниципальных вложений, а частные инвесторы и собственники квартир готовы минимизировать затраты государства на реализацию программы «Жилище», московские власти в итоге неизменно отвечают, что реконструкция нецелесообразна.

«Если обратиться к тексту статьи 36 Градостроительного кодекса РФ, то в ней ничего не сказано про нецелесообразность. Любое решение органа государственной власти должно быть обосновано, мотивировано и аргументировано. Данные ответы являются формальными отписками», — отмечает юрист.

При этом отказ столичных властей, по словам Надежды Юрасовой, напрямую нарушает основополагающее право гражданина России на достойное жилище, закрепленное в статье 40 Конституции РФ. Согласно требованиям данной статьи органы государственной власти и местного самоуправления должны поощрять жилищное строительство и создавать условия для осуществления права на жилище. Право на реконструкцию многоквартирного жилого дома также прямо закреплено в Жилищном кодексе РФ.

«Таким образом, городские власти, отказывая жителям Москвы в улучшении их жилищных условий путем отписок и формальных ответов без указания на конкретные установленные специализированными нормативно-правовыми актами выявленные нарушения или несоответствия, нарушают действующее законодательство Российской Федерации», — подчеркивает юрист.

Comments are closed, but trackbacks and pingbacks are open.